Юрген Клопп, getty images
Менеджер Ливерпуля в колонке The Players' Tribune вспомнил свои ошибки в начале тренерского пути, рассказал, как мотивирует футболистов, а также призвал выделять деньги на благотворительность.
Должен начать с немного постыдной истории. Иногда я боюсь, что зрители смотрят на футболистов и тренеров как на богов. Как христианин я верю в одного единственного Бога и могу вас заверить, что Бог не имеет никакого отношения к футболу. Правда в том, что все мы постоянно терпим неудачи. Когда я был молодым тренером, то ошибался очень много.
Вот одна из таких историй.
Нам нужно вернуться в 2011-й год. Моя Боруссия Дортмунд играла с Баварией. Это был важнейший матч в чемпионате. Мы не побеждали в Мюнхене около 20 лет. Я стараюсь искать вдохновение в фильмах, поэтому, когда мне нужно было мотивировать парней, я всегда вспоминал о Рокки Бальбоа. Мне кажется, что Рокки 1, 2, 3 и 4 должны показывать во всех общеобразовательных школах по всему миру. Это должно быть как с таблицей умножения. Если вы посмотрите эти фильмы и не захотите взобраться на гору, то с вами, наверное, что-то не так.
Вечером накануне игры с Баварией я собрал игроков в отеле на командную беседу. Ребята все сидели. Свет был выключен. Я рассказал им, как все обстояло на самом деле:
В последний раз, когда Боруссия побеждала в Мюнхене, многие из вас еще ходили в подгузниках Затем я начал показывать им некоторые сцены из Рокки 4 на экране. Ту, с Иваном Драго. Классика, по моему мнению. Драго бежит по беговой дорожке, он подключен к большим мониторам, а ученные изучают его показатели. Помните? Я сказал парням: "Видите? Бавария – это Иван Драго. Лучший из лучших! Лучшие технологии! Лучшие машины! Его невозможно сокрушить. После показывают Рокки, который тренируется в Сибири в небольшой деревянной хижине. Он рубит сосны и носит бревна по снегу прямо на гору. Я сказал парням: "Видите? Это мы. Мы – Рокки. Да, мы меньше. Но у нас есть страсть, у нас чемпионские сердца. Мы можем сделать невозможное! "
Я продолжал в том же духе. Я взглянул на парней, чтобы увидеть их реакции. Я думал, что они будут стоять на стульях и уже приготовятся бежать на гору в Сибири, сойдут с ума.
Но все сидели и смотрели на меня пустым взглядом. Они смотрели и думали: "О чем нам рассказывает этот сумасшедший человек? Тогда я понял. Когда вышел Рокки-4, в 80-х? Когда родились этим парни? Тогда я говорю: "Подождите, парни. Поднимите руки те, кто знает Рокки Бальбоа? – Две руки. Себастьян Кель и Патрик Овомойела. Все остальные: "Нет, босс, извините".
Вся моя речь оказалась чепухой. И это накануне самого главного матча в сезоне. Возможно, самый важный матч в жизни некоторых парней. А тренер орет о советских технологиях и Сибири в течение 10 минут! Ха-ха-ха. Может поверить? Мне пришлось начинать речь сначала.
Читайте также: Эндрю Робертсон. Путь от уборщика до основного игрока в команде мечты Видите, настоящая история! Вот, что происходит в жизни. Мы – люди. Иногда сами сбиваем себя с толку. Вот так бывает. Думаешь, что выступаешь с величайшей речью в истории футбола, а на самом деле несешь чепуху. Но на следующий день мы просыпаемся и продолжаем. Знайте, что самое смешное? Я не помню точно, выиграли мы или проиграли тот матч. Мне кажется, что говорил это перед матчем в 2011 году, когда мы выиграли 3:1, и тогда эта история становится лучше. Но я не могу быть уверенным на сто процентов.
Это та особенность, которую не все люди понимают. Результаты забываются. Они все смешиваются. Но те парни, тот период в моей жизни, те истории… никогда их не забуду. Для меня большая честь выиграть награду лучшему тренеру от ФИФА, но я очень не люблю стоять на сцене с трофеем совершенно один. Без игроков, без семьи, без сыновей и тех, кто был со мной с самого начала, когда я был совершенно обычным человеком.
Често, если бы мне 20-летнему кто-то из будущего рассказал все, что произойдет со мной, я бы ни за что не поверил. Если бы сам Майкл Дж. Фокс прилетел на воздушной доске и рассказал обо всем, я бы сказал, что это невозможно.
В 20 лет произошел эпизод, который навсегда изменил мою жизнь. Я все еще был ребенком, но уже сам стал отцом. Если честно, я был не в самом подходящем возрасте. Я играл в футбол на любительском уровне, а днем ходил на занятия в университете. Чтобы играть за школьную команду, я подрабатывал на складе, где хранились фильмы для кинотеатров. Уточню для молодых – это не были DVD-диски. Это был конец 80-х, когда все было на пленке. Грузовик приезжал в 6 утра и привозил новые фильмы, а нам приходилось загружать и выгружать эти огромные металлические коробки. Они были довольно тяжелыми. Ты молился о том, чтобы это не был фильм на четырех катушках, как "Бен-Гур" или что-то в этом роде. Иначе у тебя был плохой день.
Читайте также: Кевин де Брюйне. Позвольте мне высказаться Я спал по пять часов, утром шел на склад, днем посещал занятия, вечером шел на тренировку, а, когда возвращался домой, то пытался провести немного времени с сыном. Это было сложный период. Но я почувствовал настоящую жизнь.
Мне пришлось повзрослеть в раннем возрасте. Друзья звонили и приглашали меня в бар, я всей душой хотел пойти с ними, но, конечно, я не мог, потому что больше не жил лишь для самого себя. Малыши не знают, что ты устал и хочешь спать до обеда. Когда переживаешь о будущем маленького человека, которому ты подарил жизнь, это настоящая тревога. Это настоящие трудности. Все, что происходит на футбольном поле, не может сравниться с этим.
Иногда люди спрашивают меня, почему я всегда улыбаюсь. Иногда даже после поражения я все равно улыбаюсь. Когда у меня родился сын, я понял, что футбол – это не игра на жизнь или на смерть. Мы не спасаем жизни. Футбол не должен сеять несчастье и ненависть. Футбол должен приносить радость и вдохновлять, особенно детей.
Я видел, как небольшой круглый мяч может повлиять на жизни многих моих игроков. Личные истории таких игроков, как Мо Салах, Садио Мане, Роберто Фирмино и других, просто невероятны. Мои юношеские трудности в Германии нельзя сравнить с тем, что им пришлось пережить. Они могли опустить руки в любой момент, но они не сдавались. Они не боги. Просто они никогда не переставали стремиться к своей мечте.
Читайте также: Патрис Эвра. Как парень из бедной французской семьи научился любить жизнь и нашел себя в Манчестер Юнайтед Думаю, в футболе в 98 случаях из 100 тебе приходится преодолевать неудачи, а на следующий день улыбаться и находить радость в игре. С самого начала я учился на своих ошибках. Никогда не забуду свою первую. В 2011 году я возглавил Майнц, проведя 10 лет в клубе в качестве игрока. Проблема была в том, что все ребята были моими друзьями. Вдруг я стал их тренером. Они продолжали называть меня Клоппо.
Когда мне нужно было объявлять состав на первый матч, мне казалось, что будет правильно подойти к каждому и сказать в лицо. И это был очень плохой план, потому что все жили в двухместных отельных номерах. Можете представить. Я захожу в первый номер, двое парней садятся на кровати, я поворачиваюсь к одному и говорю: "Завтра ты начинаешь в старте". Поворачиваюсь к другому и говорю: "К сожалению, ты не попадаешь в состав. Я понял, насколько глупым был мой план, когда второй игрок смотрит мне в глаза и спрашивает: "Но Клоппо… почему? ".
В большинстве случаев просто нет ответа. Единственный ответ: "На поле выходят лишь 11 игроков. К моему несчастью, мне пришлось говорить это еще 8 раз – 18 игроков в 9 двухместных номерах. Двое парней сидят на кровати. "Ты начинаешь, ты – нет".
Каждый раз: "Но Клоппо… почему? "
Ха-ха-ха. Я терзался.
Это был первый из многих-многих случаев, когда я обделался как тренер. Что делать в таких случаях? Просто берешь бумагу, вытираешься и пытаешься извлечь из этого урок. Если не верите мне, то вот еще одна история: мое самое большое тренерское достижение началось с катастрофы.
Читайте также: Калиду Кулибали. Бенитес показывал ему тактику на бокалах, аналитики Наполи называли его игру дерьмом, а сегодня он стоит 150 млн евро Проиграть Барселоне со счетом 0:3 – худший результат, который только можно представить. Когда мы готовились к ответной встрече, я говорил прямо. Больше не было никаких Рокки. В основном я говорил о тактике. Но я говорил им и правду. Я сказал: "Мы должны играть без двух лучших нападающих в мире. Все вокруг говорят, что это невозможно. И давайте будем честны – этот, вероятно, невозможно. Но благодаря вам у нас есть шанс.
Я, правда, верил в это. Дело бы не в их технических способностях как футболистов. Значение имели их человеческие качества и то, что им пришлось преодолевать в жизни. Единственное, что я добавил, было: "Если мы проиграем, то давайте проиграем красиво".
Конечно, говорить эти слова было легко. Я – просто парень, который кричит с линии поля. Игрокам гораздо сложнее выполнить это. Но благодаря парням, благодаря 54 тысячам болельщиков на Энфилде мы смогли совершить невозможное. В футболе прекрасно то, что ты ничего не сможешь сделать в одиночку. Поверьте, ничего.
К сожалению, самый невероятный момент в истории Лиги чемпионов… я на самом деле пропустил. Возможно, это хорошая метафора для тренерской работы, не знаю.
Реклама
Но я полностью пропустил момент, когда Трент Александер-Арнольд продемонстрировал свой гений. Я видел, что мяч вышел на угловой. Видел, как Трент подходит к мячу, видел, как за ним пошел Шакири. Но я отвернулся, потому что мы готовили замену. Я говорил со своим ассистентом, и… знаете, у меня по телу пробежала дрожь… я просто услышал шум. Я повернулся к полю и увидел, как мяч влетает в сетку. Я глянул на скамейку и посмотрел на Бена Вудберна, он спросил: "Что произошло? " – "Понятия не имею", – ответил я.