фото с Odessa Daily
Старая революция с её символикой, лозунгами и выдающимися деятелями под запретом. Да и зачем нам та, старая, когда уже была новая, и её итоги пред глазами?
Третья область в стране – Тернопольская – присоединилась к запрету на «русскоязычный культурный продукт» вслед за Львовской и Житомирской, а на всеукраинском телеканале «Прямой» ведущий шоу под аплодисменты патриотической аудитории употребляет слова «свинорусы» и «руссише швайне».
Забавно вспоминать сейчас беседы с друзьями-революционерами и сочувствующими революции, что вели мы четыре года назад. По-русски, конечно; у друзей-революционеров и сочувствующих революции почему-то, в отличие от меня, с украинским дело обстояло плохо.
– Слушай, – говорили мне одни укоризненно. – Ты же умный, зачем ты повторяешь эти глупости российской пропаганды?
Этот аргумент отчего-то казался им особенно убедительным.
– Смотри, – улыбались другие, делая рукой характерный ленинский жест. – Какая может быть дискриминация? Майдан говорит по-русски!
Этот факт им почему-то казался важным.
– Ой, перестань, – отмахивались третьи. – Сколько их, тех нациков? Они даже не проходят в Раду!
Им казалось, что это имеет какое-то значение.
– Понимаешь, – снисходительно похлопывали по плечу четвёртые, – это двадцать первый век, центр Европы. Никто не позволит им...
Это, наверное, казалось им правдой.
Реклама
Где они сейчас, мои русскоязычные друзья-революционеры и сочувствующие революции, с их неиссякаемым оптимизмом и верой в обновлённое майданом будущее? Немногие из них остались в стране победившей революции; а прочих разбросало по всему шарику, от Ванкувера до – неожиданно – Москвы. Они заняты своими важными делами, и всех их сейчас объединяет только одно.
Все они тщательно избегают разговоров о происходящем на Украине.
Они называют это «невовлечённостью».