фото с Зеркало недели
Российский писатель Борис Акунин (настоящее имя Григорий Чхартшвили) дал интервью ВВС, в котором рассказал о проекте «Настоящая Россия», который запустил совместно с Михаилом Барышниковым и Сергеем Гуриевым, а также поделился мыслями о будущем России. По мнению писателя, война в Украине, которую развязал президент РФ Владимир Путин, положила начало «последней главе» его режима.
«До 24 февраля я оценивал перспективы вот этого путинского государства, как, скажем так, средне продолжительные. Сейчас ситуация изменилась. Никакой продолжительности и даже среднести там не будет.
Там события теперь будут развиваться быстро. Это, видимо, будет довольно печальное зрелище, потому что чем пустее холодильник, чем громче телевизор и тем жестче репрессивные меры, это все так. И тем не менее, я думаю, что эта последняя глава путинского государства началась», - заявил Акунин.
[see_also ids="488290"]
Отвечая на вопрос журналистки Джесси Кейнер, останется ли на россиянах пятно агрессоров, Акунин отметил, что в тяжелом положении сейчас оказались те из них, кто бежит от путинского режима, поскольку беженцам из России никто не хочет помогать. «Все хотят помогать украинским беженцам, и это понятно».
«Пятно, конечно, останется. Я думаю, что оно останется до тех пор, пока в России не произойдет революция, и отношение к России, к русским, вероятно, изменится только тогда. Вот нам всем с этим жить. Теперь важно то, как мы будем себя вести, будем ли мы молчать или не будем молчать. Будем делать какие-то хорошие вещи или не будем. Вот это наше общее дело, наша общая ответственность», - добавил Акунин.
Он также отметил, что его приглашают для выступлений украинские телевизионные каналы.
Реклама
«Но мне надо сейчас разговаривать не с украинцами, а с русскими, мне надо разговаривать с соотечественниками, потому что время нам действовать и объединяться. Время понимать вот эту новую реальность, и как себя в ней вести», - считает писатель.
Ранее премьер-министр Великобритании Борис Джонсон заявил, что Путин совершает военные преступления на уровне, которого Европа не видела «со времен Третьего рейха, со времен Второй мировой войны».