В прошлый понедельник, 23 февраля, премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху позвонил президенту США Дональду Трампу с ошеломляющей информацией: верховный лидер Ирана и его главные советники должны собраться в субботу, 28 февраля, утром в одном месте в Тегеране, и их всех можно ликвидировать одним разрушительным авиаударом. Этот разговор стал решающим моментом, который дал старт войне с Ираном, сообщает Axios, ссылаясь на источники.
[see_also ids="674601"]
Это также дает ответ на вопрос, почему операция против Ирана началась именно 28 февраля. Верховный лидер Ирана Али Хаменеи и его ближайшее окружение были чрезвычайно привлекательной целью, которую ни Трамп, ни Нетаньяху не хотели пропустить.
Трамп уже склонялся к ударам по Ирану, прежде чем узнал о новой информации разведки по Хаменеи. Он еще не решил, когда это сделать — пока не позвонил Нетаньяху.
Звонок 23 февраля был частью месяцев интенсивной координации между двумя лидерами, которые встретились дважды и 15 раз разговаривали по телефону за два месяца, предшествовавших войне с Ираном, по словам американских и израильских чиновников.
США и Израиль рассматривали возможность нанести удары на неделю раньше, а не в субботу, 28 февраля, но отложили это по разведывательным и оперативным причинам, в частности из-за плохой погоды.
Первоначальная проверка ЦРУ, проведенная по указанию Трампа, подтвердила информацию о Хаменеи, собранную израильской военной разведкой.
Подготовка ускорилась, когда Трамп сообщил Нетаньяху, что рассмотрит возможность "движения вперед", но сначала состоялось обращение президента США к Конгрессу, во вторник, 24 февраля. Американские чиновники рассказали, что Трамп принял "обдуманное решение" не слишком сосредотачиваться на Иране во время речи, чтобы не напугать Хаменеи и не заставить его "уйти в подполье" до того, как будет нанесен удар.
К четвергу, 26 февраля, ЦРУ полностью "подтвердило, что все эти люди будут вместе, и этим необходимо воспользоваться", рассказал один из источников Axios.
В тот же день посланцы Трампа Джаред Кушнер и Стив Уиткофф позвонили из Женевы после многочасовых переговоров с иранскими чиновниками и вынесли резкий вердикт: "переговоры никуда не ведут".
"Если вы решите заниматься дипломатией, мы будем давить и бороться, чтобы достичь соглашения. Но эти люди показали нам, что они не готовы заключить соглашение, которое вас устроит", — именно это тогда сообщили Трампу, по словам американского чиновника.
Теперь Трамп был убежден в двух вещах: данные разведки были надежными, а дипломатия — "мертвой". В пятницу, 27 февраля, в 15:38 по североамериканскому восточному времени он отдал окончательный приказ. Одиннадцать часов спустя на Тегеран упали бомбы, Хаменеи был убит — началась война.
Трамп считает Нетаньяху близким партнером и был искренне открыт к его советам по Ирану, но президент США также был решительно настроен сначала исчерпать все дипломатические возможности.
"Одна сторона проводила переговоры, а другая — занималась совместным военным планированием с Израилем. Он постоянно оценивал обе стороны", — рассказал американский чиновник.
Отвечая на критику после предположений, что США были втянуты в конфликт Израилем, американский госсекретарь Марко Рубио во вторник, 3 марта, подчеркнул, что эта операция "должна была состояться в любом случае" и это было просто "вопросом времени".
"Трамп хотел нанести удар раньше — в начале января. Именно Нетаньяху попросил отложить", — сказал один израильский чиновник, подчеркнув, что время было "полностью согласовано" с "пониманием, что это будет сделано совместно".
Первоначальный план предусматривал удар в конце марта или в начале апреля, что дало бы администрации Трампа время для получения поддержки общественности. Нетаньяху настаивал на ускорении, заявил Axios американский чиновник.
По словам чиновника, Нетаньяху начал "агитировать" и предупреждать, что лидеры иранской оппозиции, которые скрывались, находились под угрозой убийства со стороны режима.
"Ускоренный график" оставил администрацию Трампа растерянной: вместо того, чтобы тратить недели на подготовку общественного мнения к войне, Белый дом оказался в ситуации, когда ему пришлось оправдывать удары по Ирану уже после начала операции.
"Мы не подготовили аргументы заранее так хорошо, как могли бы, потому что возможность появилась очень быстро", — сказал чиновник.
Другой чиновник признал, что Рубио и Белый дом подавали противоречивые сообщения, начав обосновывать операцию после ее начала.
Поскольку Трамп и Нетаньяху не разглашали о планах атаки в субботу, 28 февраля, многие граждане США были "застигнуты врасплох" и оказались в затруднительном положении, когда Иран начал наносить ответные удары по странам Персидского залива.
Государственный департамент США поспешно организовал экстренную эвакуацию для более 1500 американцев, которые попросили о помощи. На вопрос журналистов во вторник, 3 марта, почему не было плана эвакуации, Трамп ответил: "Ну, потому что все произошло очень быстро".
Посол Израиля в Вашингтоне Йехиэль Лейтер отказался комментировать подробности телефонного разговора 23 февраля, но отрицал, что Нетаньяху "подстрекал" или когда-либо упоминал об угрозе иранским оппозиционным лидерам как повод для ускорения действий.
"В течение последнего года мы работали с нашими партнерами в США по Ирану теснее, чем когда-либо, и мы единодушны во мнении об опасности, которую Иран представляет для Израиля, США и свободного мира. Каждый, кто знает президента Трампа, понимает, что он является сильным лидером, которого невозможно направить", — сказал Лейтер Axios.
Во вторник Трамп так же отверг любые предположения, что Нетаньяху повлиял на его решение.
"Мы вели переговоры с этими сумасшедшими, и я считал, что они нападут первыми. Я был в этом уверен. Если уж на то пошло, то я мог заставить Израиль действовать", — сказал он 3 марта.
Белый дом указал на публичные комментарии Трампа и Рубио.
[see_also ids="674605"]
Как ситуация может развиваться дальше и как новая большая война на Ближнем Востоке может сказаться на Украине, в статье "После удара по Тегерану: кто выиграет от передела региона? " прогнозировал Вячеслав Лихачев.